17:55
Марина Кочергина: Клинцы были старообрядческим Манчестером начала ХХ века

НашБрянск.RU

19 июля 2011 г.

Клинцы некогда были крупным промышленным и культурным центром России. Куда это все делось и есть ли шанс возродить? Об этом в интервью рассказала кандидат исторических наук, преподаватель Брянского института Управления и Бизнеса, автор десятков научных трудов и знаток истории прошлого юго-западных районов Брянской области Марина Кочергина.

— Марина Викторовна, сейчас Клинцы только считаются вторым по величине и численности населения городом Брянской области. На поверку же, увы, — обычный, ну может чуть больше остальных, райцентр и провинциальный городок, безнадежно затерявшийся в российской глубинке. Но всегда ли так было?

— Нет, конечно. Клинцы образца конца XIX-начала XX веков — это, прежде всего, старообрядческий Манчестер, промышленный центр Российской Империи и крупный торговый центр. Сколотив определенные капиталы через различные промыслы и торговлю, местные старообрядцы стали создавать промышленные предприятия. Первые из них возникли в 30-х годах XIX века, что отчасти было вызвано революционными событиями в Польше 1831 года, негативно повлиявшими на весь ход торговли. Старообрядцы хорошо использовали этот момент.

Родоначальником промышленного сословия Клинцов выступил купец Василий Лихоманов, старообрядец-беспоповец из посада Ардонь. Свою первую суконную фабрику он построил недалеко от Никольского монастыря. Работников Лихоманов, как и все промышленники-старообрядцы, нанимал из числа своей общины, поэтому автоматически становился для нее не просто крупным работодателем, но еще и наставником.

— И насколько же быстро шло развитие промышленности в Клинцах тех лет?

— Количество фабрик в Клинцах менялось в связи с экономическим кризисом и концентрацией производства. Так, купец-старообрядец Барышников строил тогда огромную суконную фабрику по немецким технологиям. Заказы ему поступали из всех полков русской армии, вплоть до 1917 года. Чтобы сукно было идеального качества, его требовалось расчесывать, поэтому Барышников специально выписывал из Франции плоды бобовника. К сожалению, об этом промышленнике практически не осталось никакой памяти. В советское время его потомки затерялись по светским учреждениям, став обычными госслужащими. А об огромных деньгах, вложенных несколькими поколениями Барышниковых в развитие здешнего производства, сейчас уже мало кто помнит!

Старообрядцы были гонимы вплоть до 1905 года. Для того, чтобы избежать притеснений со стороны правительства, они переходили в единоверие. Иначе невозможно было получить хороший производственный заказ, а сыновья, каким бы ты крупным промышленником ни был, попадали в рекруты. Василий Барышников и его сыновья тоже были вынуждены пойти по этому пути — приняли единоверие. Но при этом они не отказались от помощи членам своей старообрядческой общины.

— Получается, понятие общины было основополагающим для старообрядцев?

— Деньги, которые зарабатывал старообрядец, шли в итоге все равно на общину. Вначале она давала ему своеобразный кредит, а потом на возвращенные в общину деньги строились богадельни для бедных, духовные училища. Интересно, что по такому же принципу старообрядцы в конце XVIII века основали частные типографии. И тем самым способствовали развитию просвещения среди населения. Большую часть напечатанных по «дониконовским» образцам книг, несмотря на их дороговизну, они раздавали бедным.

Кроме того, разбогатевшие знатные старообрядцы Суражского уезда, к которому тогда относились Клинцы, смогли в отличие от купцов из Новозыбковского уезда Черниговской губернии в середине XIX века откупиться от чиновников особых поручений Министерства внутренних дел и тем самым, воздавая должное своей общине, сгладили негативный напор властей против старообрядческих храмов. Поэтому-то многие старообрядческие храмы и монастыри уцелели: Преображенско-Никольский, Предтечьев и другие. Более того, в начале XX века они смогли восстановить Успенский девичий монастырь. Так возрождались женские старообрядческие монастыри. Ранее, в середине XIX века Успенская девичья пустынь находилась в самом центре Клинцов. Сейчас на этом месте располагается типография.

— Но ведь Клинцы — не только исконно старообрядческий город. Тут всегда была большая иудейская община…

— Вы правы, здесь вместе сосуществовали старообрядцы и евреи. Жили, мирно соседствуя друг с другом. Впрочем, случались и редкие драки между ними. Однако со стороны старообрядцев все-таки не было притеснения евреев.

В сделанном по заказу «Русского географического общества» исследовании малороссийских ярмарок Ивана Аксакова — зятя Федора Тютчева и чиновника по особым поручениям при Министерстве внутренних дел — показано, что евреи на малороссийских ярмарках в это время ведут более мелочную торговлю, всячески торгуются, а старообрядцы, наоборот, торгуют по-крупному, никому не уступая. Последние торговали сукном, а евреи перекупали у них часть товара, в том числе мелкие партии.

— Кто бы мог подумать, что у Клинцов такая богатая «промышленно-предпринимательская» история… Однако она не была достаточно отражена, скажем, в местном краеведческом музее.

— В музее работают прекрасные сотрудники — профессионалы своего дела. Но история не стоит на месте. И рядом с советской трактовкой нашего исторического прошлого появляются новые интересные страницы истории края. Притом что стали уже известны и новые источники, и документы.

Надо показать, что здесь было в Первую мировую войну, как отсюда со слезами на глазах уходили предприниматели, пытаясь потом все вернуть, и у них ничего не получилось….

С удовольствием бы помогла с созданием такого музея — музея истории предпринимательства. Одноименный учебный курс я, к слову, веду в Брянском институте Управления и Бизнеса. Нынешние руководители Клинцов — сами предприниматели — вполне бы могли помочь создать в «Старых торговых рядах» такой музей ну или, на крайний случай, небольшую выставку: уж эта тема им должна быть близка как никакая другая. Похожая экспозиция с подачи одного бизнесмена уже существует в ярославском селе Вязники, и она пользуется популярностью среди туристов. Потому что идея замечательная.

— Что еще можно было бы предложить в Клинцах для туристов?

— Одновременно можно было бы поставить на консервацию и возродить облик одной из старых улиц, сделав из нее историко-охранную зону. Подобную мысль высказывал еще пять лет назад известный клинцовский краевед, живущий в Москве, Ромуальд Игоревич Перекрестов. Он много работает с архивами XVIII века, но его предложение так и осталось без внимания.

Такие историко-охранные зоны, являющиеся основами туристических маршрутов, есть во всех старинных городах: Владимир и Суздаль живут за счет них. Несмотря на радиационное загрязнение, люди сюда обязательно поедут: Брянская область, увы, совершенно неизвестна остальной России. И кроме усадеб русских поэтов Федора Тютчева и Алексея Толстого в селах Овстуг и Красный Рог, в которых к тому же полно новоделов, нам просто нечего показывать. Еще хуже дела обстоят с Ляличами в Суражском районе, где стоят развалины усадебного комплекса первого российского министра просвещения графа Завадовского.

— Вы правы, другие бы уже давно начали зарабатывать на идее старины, воссоздав очаг уникальной культуры, а мы все так — никак не раскачаемся…

— Полно было бы желающих, замечу, не самых бедных людей, приехать сюда и посмотреть, как жили их предки: много потомков некогда здешних жителей проживают сейчас в США и Израиле.

Старообрядчество плотно вплелось в культуру Латинской Америки, Румынии, Болгарии, Придунайской территории, американской Аляски и Канады. Не изучать старообрядчество нельзя. И если рассматривать его с духовной и художественной точки зрения, такого комплексного наследия памятников, как на юго-западе Брянской области, и в Клинцах в частности, больше нет на территории нашего края. Нет такого уровня иконописи, нет такой архитектуры, причем с сохранением народных традиций, нет таких уникальных промыслов и уровня декоративно-прикладного искусства.

— Видимо, мы до сих пор не можем отойти от советского наследия не любить прошлое.

— Да, советская эпоха способствовала размыванию культурного наследия, здешних традиций. Плюс — в войну немцы осуществляли здесь буквально точечное бомбометание по объектам духовно-культурного наследия. Но еще виновата, конечно, и наша общая безалаберность — она неподвластна, увы, времени или какому-то политическому строю. Поэтому ныне Клинцы — очень «советский» город.

На территории Никольского монастыря существовало кладбище с могилами основателей старообрядческой общины, но потом рядом построили пятиэтажный дом для партийных работников. Часть надгробий оказалась под этим домом. Стерта в изначальном виде и нынешняя центральная улица Ленина. Что уж говорить об общественном туалете на бывшей храмовой территории… Яркие примеры надругательства над стариной.

— Извините за банальность, выход есть?

— Необходимо срочно начинать создавать каталог с подробным описанием и фото-видео документированием всех сохранившихся памятников. Любыми путями стараться предотвратить хищения икон и книг из старообрядческих храмов. Впрочем, сейчас воры стали более разборчивыми, они теперь работают в основном «под заказ». Сколько икон вывезено из юго-западных районов Брянской области! Милиция мало что возвращает. Но, к сожалению, даже если что-то и находится, то старообрядческие иконы передаются в православные храмы. Такова неизменная позиция наших правоохранительных органов.

— Марина Викторовна, куда пропадают старообрядческие иконы?

— Иконы уходят по известному пути — через Белоруссию, Польшу и далее — в Германию. Туда вообще много уходит наших старопечатных и рукописных книг и икон.

Вывоз старообрядческих икон из юго-западных районов Брянской области начался менее полувека назад, в 70-е годы. Но этого времени хватило, чтобы в храмах икон уже почти не осталось. Из Клинцовского музея также были похищены старинные иконы. Куда их точно вывезли — не знаем.

Недавно в Санкт-Петербурге, на очередном вернисаже, проходившем в Манеже, я видела большое количество старообрядческих икон. Подхожу к владельцу стенда. Спросила, откуда они, пыталась и так и сяк выяснить, когда они к нему попали и от кого. А он одно твердит: «Мне принесли», — и точка. Предложила ему напоследок рассказать хотя бы об этих старообрядческих иконах, но он не стал продолжать диалога.

Есть наши иконы и в питерских антикварных салонах, причем более древние, нежели в Клинцах или Новозыбкове. Все они имеют культурную ценность, в которую входят понятия исторической и художественной ценности.

— Дело наверняка не только в их возрасте, но и в ряде особенностей, например технике исполнения?

— Да. У старообрядческих икон есть свои несомненные особенности. Начиная с иконографических сюжетов. На них нет изображений святых, канонизированных после произошедшего в XVII веке раскола Русской Православной церкви. Есть и особенности, связанные с изображением двуперстия. Икона Спаса Нерукотворного именуется в старообрядчестве «Нерукотворенный Образ Господень». В православии почти нет свойственных старообрядчеству изображений Богоматери Огневидной.

Иконописец строго соблюдал пост перед написанием иконописного образа и целый ряд технологических особенностей: обязательным было наличие темперной живописи (в православии встречается и масляная живопись) и ковчега. Исследователи сразу видят эти особенности. И более высокий художественный уровень письма. Техника письма передавалась через иконописные мастерские при монастырях.

Старообрядческие иконописцы почти не ставили подписи под иконой. Это очень большая редкость. Очень мало информации о том, как они жили. Но кое-что удалось разузнать. В Новозыбкове была сильная мастерская отца и сына Родионцевых, состоявшая из 10 человек. Перед написанием икон они долго постились и молились, получали благословение. Во время иконописания один из мастеров обязательно читал Священное Писание для создания соответствующего благоговения. При каждой мастерской была крупная библиотека священной литературы.

В Клинцах же мне не удалось проследить работавших иконописцев. Хотя из Клинцов происходит большое число иконописцев, они пришли сюда из других районов. В настоящее время силами разных исследователей выявлено 63 имени старообрядцев-иконописцев из этих районов. Это только тех, кого удалось установить по документам и авторским подписям.

— Искусство старообрядческой иконописи на сегодня утрачено?

— Не совсем: еще осталось несколько мастеров такой иконописи, но полностью утрачено искусство создания массивных деревянных киотов для икон — теперь их только реставрируют.

Как потеряна и традиция религиозного старообрядческого шитья. Для него использовали тканевую основу — ризу, к ней стяжками прикрепляли речной жемчуг, который отличает особенный блеск, и затем ее накладывали на иконописный образ. Создавали удивительной красоты ризы из речного жемчуга, бисера и стекляруса. Этим промыслом занимались традиционно в женских монастырях, в частности, в Казанской обители. Но имен инокинь не сохранилось, увы. Из-за сильного блеска речного жемчуга они, кстати, быстро теряли зрение. Но они не всегда «назнаменовывали», то есть определяли будущий рисунок — это мог делать хороший мастер-иконописец. Инокини также шили религиозное облачение для священников, покрова для религиозных обрядов.

Традиционно много заказывалось вышитых икон на венчание. Дальше шла работа резчика, который выполнял киотную раму под стеклом с объемными кистями винограда или кистей рябины, которые покрывались сусальным золотом. Получалось необычно и удивительно красиво.

— Старопечатные книги еще остались в Клинцах?

— Небольшое количество осталось, но клинцовские книги сейчас очень ценятся на антикварных рынках. Дело в том, что в последней трети XVIII века у купцов Рукавишниковых и Железняковых была здесь собственная типография, и их книги имеют особенности атрибуции, связанные со шрифтом, бумагой и репертуаром книг.

Часть книг есть на руках у местных клинцовских коллекционеров, но их фамилии даже не спрашивайте — как говорится, никаких «наводок». Они занимаются сбытом, специализируясь на книгах с владельческими записями. Если к ним попадают такие издания, их оставляют, а остальные, так сказать менее значимые, — продают.

В клинцовских монастырях жил выдающий деятель старообрядчества Илларион Григорьевич Кабанов — литературный псевдоним Ксеноc («странник») который был похоронен в 1886 году на территории Предтечиева монастыря. И могила его на данный момент утрачена. Так вот, он много написал литературных произведений религиозного характера. Ксенос не был иноком, но жил при монастырях, разыскивал материал для своих книг в библиотеках Москвы и Петербурга. Закрывало правительство один монастырь — он переходил в другой.

— Что еще такого оригинального было в культуре старообрядцев, в том числе клинцовских, не свойственного другим христианским течениям?

— Медная пластика. В Клинцах были свои медеплавильные предприятия. Медная пластика могла изготавливаться на уровне копий. Сейчас это все потеряно.
Медное литье в Клинцах теперь можно купить только привозное.

— Много ли сейчас старообрядцев в Клинцах?

— Небольшая клинцовская община располагается при храме Спаса Преображения. Настоятелем там был отец Михаил Смирнов…

 
Просмотров: 306 | Добавил: mkochergina | Теги: СМИ, история, кочергина, Клинцы, сайт, старообрядчество, Брянск, интервью, культура | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar